В последние годы искусственный интеллект (ИИ) стал важной частью бизнес-стратегий многих компаний, однако в России его внедрение сталкивается с серьезными управленческими проблемами. Ольга Чернокоз, руководитель Ассоциации инновационных решений и искусственного интеллекта и вице-президент Евразийской Ассоциации Бизнеса, подчеркивает, что основная трудность заключается не в отсутствии технологий, а в недостатке управленческого запроса на их применение. По её словам, многие компании продолжают воспринимать ИИ как модный инструмент или эксперимент, а не как стратегический фактор, способный изменить бизнес-модель.
«Отсутствие стратегии ИИ — это не про неготовность технологий. Это про отсутствие управленческого запроса», — отмечает Чернокоз. Она добавляет, что даже когда компании имеют бюджет на внедрение ИИ, они часто не связывают его с решением конкретных управленческих или экономических проблем. «Компании начинают с вопроса “что можно автоматизировать”, но редко задают вопрос “какую управленческую или экономическую проблему мы решаем”. Без этого ИИ не становится частью бизнес-архитектуры», — говорит Чернокоз.
Стратегическое мышление в вопросах внедрения ИИ становится особенно актуальным в условиях глобальной конкуренции. «Гонка в сфере искусственного интеллекта идёт не на уровне отдельных моделей, а на уровне системного внедрения. Отсутствие стратегии ИИ сегодня — риск потери управляемости и конкурентных преимуществ в среднесрочной перспективе», — предупреждает она.
Согласно исследованию МТС Web Services «Технологические стратегии бизнеса», у 74% российских компаний отсутствует стратегия развития ИИ, даже если у них есть выделенный бюджет на эти цели. В исследовании, основанном на опросе более 700 компаний и дополненном глубинными интервью, подчеркивается, что ИИ воспринимается как инструмент, а не как элемент долгосрочной архитектуры бизнеса. «Это, а не нехватка технологий или кадров, становится главным ограничением», — отмечает Чернокоз.
Интересно, что лишь 26% компаний с бюджетами на ИИ имеют формализованную стратегию его развития. Для сравнения, стратегии по облачным технологиям имеются у 44% организаций, по кибербезопасности — у 42%. Это свидетельствует о том, что ИИ пока не встроен в управленческую модель бизнеса на том же уровне, что инфраструктура или защита данных. «Фактически компании чаще инвестируют в то, что воспринимается как обязательный базовый уровень, тогда как ИИ остаётся в зоне экспериментов, пилотов и разрозненных кейсов. В результате технология есть, а управленческого эффекта — нет», — подчеркивает эксперт.
Не стоит забывать, что размер бизнеса не всегда обеспечивает системный подход к внедрению ИИ. Исследование показало, что в компаниях с выручкой от 2 до 15 млрд рублей стратегия ИИ присутствует у 36%, в то время как 33% находятся на стадии планирования. В крупных компаниях с выручкой свыше 15 млрд рублей стратегия имеется только у 25%, а 38% планируют её разработку. В малом и среднем бизнесе, где выручка не превышает 2 млрд. рублей, стратегию имеют 22%, а 30% только собираются к ней перейти. Среднерыночный показатель остаётся тем же — 26% компаний со стратегией ИИ.
Даже крупные организации часто внедряют ИИ фрагментарно — без единого вектора, приоритетов и KPI. С точки зрения инфраструктуры компании используют различные модели развёртывания ИИ, включая частные и публичные облака, локальные установки и гибридные сценарии. Это подчеркивает необходимость более глубокой интеграции ИИ в бизнес-процессы и формирование стратегий, ориентированных на долгосрочные результаты.
Согласно исследованию МТС Web Services. В большинстве случаев инвестиции в ИИ не превышают 10 миллионов рублей, что позволяет компаниям запускать пилотные проекты, но не проводить полноценную трансформацию бизнес-процессов.
Несмотря на декларируемое понимание ИИ как части бизнес-архитектуры, отсутствие четкой стратегии приводит к тому, что это понимание не находит отражения в дорожных картах, зонах ответственности и измеримых управленческих и экономических результатах. В результате ИИ остаётся набором разрозненных решений, а не становится системным инструментом управления.
Сейчас искусственный интеллект выступает лишь как надстройка над существующими процессами, не способствуя их пересборке. В этой ситуации ожидать устойчивого эффекта от внедрения ИИ не представляется возможным. Это не перспективный вопрос — это реальность, с которой компании уже сталкиваются сегодня.
«Отсутствие стратегии ИИ — это не про неготовность технологий. Это про отсутствие управленческого запроса», — отмечает Чернокоз. Она добавляет, что даже когда компании имеют бюджет на внедрение ИИ, они часто не связывают его с решением конкретных управленческих или экономических проблем. «Компании начинают с вопроса “что можно автоматизировать”, но редко задают вопрос “какую управленческую или экономическую проблему мы решаем”. Без этого ИИ не становится частью бизнес-архитектуры», — говорит Чернокоз.
Стратегическое мышление в вопросах внедрения ИИ становится особенно актуальным в условиях глобальной конкуренции. «Гонка в сфере искусственного интеллекта идёт не на уровне отдельных моделей, а на уровне системного внедрения. Отсутствие стратегии ИИ сегодня — риск потери управляемости и конкурентных преимуществ в среднесрочной перспективе», — предупреждает она.
Согласно исследованию МТС Web Services «Технологические стратегии бизнеса», у 74% российских компаний отсутствует стратегия развития ИИ, даже если у них есть выделенный бюджет на эти цели. В исследовании, основанном на опросе более 700 компаний и дополненном глубинными интервью, подчеркивается, что ИИ воспринимается как инструмент, а не как элемент долгосрочной архитектуры бизнеса. «Это, а не нехватка технологий или кадров, становится главным ограничением», — отмечает Чернокоз.
Интересно, что лишь 26% компаний с бюджетами на ИИ имеют формализованную стратегию его развития. Для сравнения, стратегии по облачным технологиям имеются у 44% организаций, по кибербезопасности — у 42%. Это свидетельствует о том, что ИИ пока не встроен в управленческую модель бизнеса на том же уровне, что инфраструктура или защита данных. «Фактически компании чаще инвестируют в то, что воспринимается как обязательный базовый уровень, тогда как ИИ остаётся в зоне экспериментов, пилотов и разрозненных кейсов. В результате технология есть, а управленческого эффекта — нет», — подчеркивает эксперт.
Не стоит забывать, что размер бизнеса не всегда обеспечивает системный подход к внедрению ИИ. Исследование показало, что в компаниях с выручкой от 2 до 15 млрд рублей стратегия ИИ присутствует у 36%, в то время как 33% находятся на стадии планирования. В крупных компаниях с выручкой свыше 15 млрд рублей стратегия имеется только у 25%, а 38% планируют её разработку. В малом и среднем бизнесе, где выручка не превышает 2 млрд. рублей, стратегию имеют 22%, а 30% только собираются к ней перейти. Среднерыночный показатель остаётся тем же — 26% компаний со стратегией ИИ.
Даже крупные организации часто внедряют ИИ фрагментарно — без единого вектора, приоритетов и KPI. С точки зрения инфраструктуры компании используют различные модели развёртывания ИИ, включая частные и публичные облака, локальные установки и гибридные сценарии. Это подчеркивает необходимость более глубокой интеграции ИИ в бизнес-процессы и формирование стратегий, ориентированных на долгосрочные результаты.
Согласно исследованию МТС Web Services. В большинстве случаев инвестиции в ИИ не превышают 10 миллионов рублей, что позволяет компаниям запускать пилотные проекты, но не проводить полноценную трансформацию бизнес-процессов.
Несмотря на декларируемое понимание ИИ как части бизнес-архитектуры, отсутствие четкой стратегии приводит к тому, что это понимание не находит отражения в дорожных картах, зонах ответственности и измеримых управленческих и экономических результатах. В результате ИИ остаётся набором разрозненных решений, а не становится системным инструментом управления.
Сейчас искусственный интеллект выступает лишь как надстройка над существующими процессами, не способствуя их пересборке. В этой ситуации ожидать устойчивого эффекта от внедрения ИИ не представляется возможным. Это не перспективный вопрос — это реальность, с которой компании уже сталкиваются сегодня.