Любарто Сартойо: В Азии выиграет тот, кто предложит стратегию развития
Прошедший в Себу саммит АСЕАН подтвердил решимость региона создавать собственные правила игры в цифровой экономике. Что это означает для евразийского бизнеса и где лежат реальные точки входа на рынок Юго-Восточной Азии? Об этом мы беседуем с Любарто Сартойо, Руководителем Комитета по взаимодействию со странами АСЕАН Евразийской Ассоциации Бизнеса (ЕАБ).
- Любарто, когда мы обсуждаем перспективы евразийского бизнеса в Юго-Восточной Азии, с какого принципиального момента, на ваш взгляд, должен начинаться любой разговор?
- С признания того, что АСЕАН - это не монолит. Это, пожалуй, самое важное, что нужно понять до того, как начинать выстраивать какую-либо стратегию. Одиннадцать государств, и каждое - со своим уровнем цифровой зрелости, своими приоритетами и своим уникальным отношением к внешним партнерам. Сингапур - это зрелый глобальный хаб, Вьетнам - стремительно растущий рынок с колоссальным спросом на технологии, а, скажем, Мьянма или Лаос - это страны, где только формируется базовая цифровая инфраструктура. И пытаться работать с ними по единой модели — это путь в никуда. Правильная стратегия - это двусторонние треки, которые со временем, возможно, консолидируются в многосторонние форматы. Но начинать всегда нужно с конкретной страны и с конкретного партнера.
- Вы упомянули, что у стран региона разное отношение к внешним партнерам. Какие «красные линии» существуют для бизнеса, который хочет зайти в АСЕАН, и как их не переступить?
- Таких линий три, и они абсолютно универсальны для всех стран региона. Первая - это национальный суверенитет. Любой технологический проект, который будет воспринят как угроза автономии принятия решений, будет отвергнут, каким бы экономически привлекательным он ни был. Вторая - продовольственная безопасность. Это не абстрактная концепция, а абсолютно конкретный и операциональный приоритет для всех стран АСЕАН. Третья - социальные проекты. Технологии не должны обходить население стороной; если они не решают насущные проблемы людей, власти просто не получат мандата на их внедрение.
Но я смотрю на это иначе: эти три «красные линии» - это не ограничения, а, по сути, готовая формула успеха. Если вы упаковываете свое предложение как инструмент укрепления суверенитета, а не угрозу ему, если вы показываете, как ваше решение помогает в обеспечении продовольственной безопасности, и если ваш продукт создает рабочие места и доступные сервисы, — то вы становитесь не просто поставщиком, а стратегическим партнером. Это принципиально иной уровень доступа и доверия.
- Давайте перейдем к конкретике. Только что в Себу завершился 49-й Саммит АСЕАН. Какое его решение, на ваш взгляд, окажет наибольшее влияние на технологический ландшафт региона и на возможности для наших компаний?
- Без сомнения, это подтверждение намерения подписать Рамочное соглашение по цифровой экономике - DEFA. Ожидается, что это произойдет в ноябре в Маниле, и это будет исторический момент. DEFA создаст первый в мире региональный режим регулирования цифровой экономики. Он охватит всё: трансграничные потоки данных, электронные платежи, кибербезопасность, электронную коммерцию и даже надзор за искусственным интеллектом. А теперь ключевая цифра: объем цифровой экономики АСЕАН к 2030 году прогнозируется в 1 трлн долларов, а при полной имплементации DEFA - до 2 трлн. Это рынок, который будет жить по новым правилам.
Для бизнеса из стран ЕАЭС это означает, что уже сейчас, не дожидаясь ноября, необходимо начинать адаптацию. Локализация данных, совместимость с будущими стандартами кибербезопасности, интеграция с региональными платежными системами — все это вопросы, которые нужно решать на опережение. Кто начнет сегодня, тот получит колоссальное преимущество завтра.
- Помимо DEFA, на саммите был принят план интеграции малого и среднего бизнеса в цифровую экономику. Это узкая история для местных игроков или там есть место для наших компаний?
- Это как раз одна из самых перспективных и недооцененных ниш. Филиппины, например, выступили с инициативой создания центра искусственного интеллекта именно для малого бизнеса. Смысл в том, чтобы снизить порог вхождения в технологии для МСП, сделать их доступными. А это прямой канал для наших вендоров, которые разрабатывают решения класса SMB - облачные сервисы, системы учета, логистические платформы, маркетплейсы. Здесь не нужно конкурировать с глобальными гигантами за корпоративные контракты. Это ниша, где можно очень прочно закрепиться, предлагая доступные и легко интегрируемые продукты. И если сделать это на раннем этапе, можно занять позицию ключевого провайдера для целого сегмента.
- АСЕАН известен своим дифференцированным подходом к искусственному интеллекту и тем, что они отказались от навязанных «лучших практик» в пользу «наилучшего соответствия». Что стоит за этой формулировкой и почему это важно для нас?
- Это, на мой взгляд, один из самых сильных ходов АСЕАН. Они разделили свои страны на три группы по уровню готовности к ИИ - Emerging, Promising и Advanced - и для каждой прописали свои сроки и приоритеты. Это отказ от универсальных рецептов в пользу индивидуального подхода. И это создает уникальную ситуацию, когда для стран из групп Emerging и Promising может быть крайне востребован именно наш опыт. Россия и страны ЕАЭС прошли свой путь цифровизации, и он во многом ближе этим государствам, чем модели, предлагаемые Западом или Китаем. Мы можем предложить не просто продукт, а целостный подход, проверенный в схожих условиях.
- На недавнем V Евразийском экономическом форуме в Астане много говорили о Большом Евразийском партнерстве. Как в эту концепцию вписывается сотрудничество с АСЕАН?
- Большое Евразийское партнерство - это не просто красивая политическая концепция, а стратегическая рамка, которая придает смысл всем нашим действиям на азиатском направлении. И здесь важно понимать, что изначально оно задумывалось как пространство, объединяющее не только ЕАЭС, ШОС и АСЕАН, но и СНГ. Это четыре ключевые опоры, на которых может строиться общеевразийское экономическое взаимодействие. Сопряжение всех этих объединений с китайской инициативой «Один пояс, один путь» создает бесшовную сеть от Минска до Манилы.
Для бизнеса это означает, что сотрудничество с Вьетнамом, Индонезией или Филиппинами - это не разовые сделки, а часть долгосрочного тренда на формирование общего экономического пространства. Политическая воля лидеров, выраженная и в совместном заявлении России и Китая в мае этого года, создает тот самый каркас, внутри которого бизнес может спокойно выстраивать свои стратегии, не опасаясь резких геополитических разворотов. АСЕАН здесь - естественный и критически важный участник, и чем быстрее мы это осознаем, тем быстрее начнем получать конкретные контракты.
- Вы затронули тему инфраструктуры и технологий, но вся эта стройка упирается в людей. Мы знаем, что страны АСЕАН сталкиваются с серьезным кадровым голодом в ИТ-сфере. Это, наверное, проблема самих стран региона, или для нас здесь тоже есть окно возможностей?
-Это, пожалуй, самый долгосрочный и стратегически важный вызов для всего региона. Университеты АСЕАН просто не успевают за темпами технологического прогресса, а их собственная дорожная карта по ИИ фиксирует этот разрыв как системный. Но именно здесь для нас открывается окно возможностей, которое по своему потенциалу может перевесить даже эффект от ЗСТ.
Россия и страны ЕАЭС обладают сильной, признанной в мире инженерной школой. Мы можем предложить то, что сегодня в дефиците: совместные образовательные программы, от кратких курсов до двойных дипломов, стажировки на наших предприятиях, обмен преподавателями и студентами. У нас есть компетенции в подготовке специалистов по кибербезопасности, промышленной автоматизации, дата-сайнс - а это именно те направления, по которым регион испытывает острейший голод.
Но есть еще один аспект, который часто недооценивают, - это русский язык как язык технологического общения. Инвестиции в его продвижение через образовательные программы - это стратегический инструмент долгосрочного влияния. Представьте: через пять-семь лет мы получаем сообщество лояльных, квалифицированных инженеров в странах АСЕАН, которые мыслят нашими технологическими стандартами и говорят на нашем языке. Это и есть настоящее стратегическое партнерство — не разовые контракты, а общая кадровая база. Тот, кто сегодня начнет вкладываться в образование, завтра будет диктовать технологическую повестку в регионе.
- Если говорить о практических шагах, то куда бы вы рекомендовали компаниям из ЕАЭС двигаться уже сегодня?
- Есть три приоритетных направления, которые я всегда называю. Вьетнам - это идеальная пилотная площадка для обкатки моделей выхода на рынок АСЕАН. Там уже подписаны соглашения с B2BASEAN, проведены бизнес-миссии, и есть высокий спрос на наши финтех-решения, облачные сервисы и кибербезопасность. Индонезия - это стратегический хаб. Соглашение о свободной торговле с ЕАЭС, имплементация которого уже началась, открывает уникальные возможности для беспошлинного выхода на рынок. А Филиппины - это про креативную экономику. Анимация, видеоигры, цифровой контент - здесь колоссальный потенциал для совместных проектов. Но ключевое условие успеха везде одно: заходить нужно с местным партнером. Совместные предприятия - это не просто рекомендация, а, по сути, единственно работающая модель для долгосрочного присутствия в регионе.